Этнополис

Мун Сам Сун

Заместитель руководителя Центра корейской культуры
«Для популяризации корейской культуры у нас реализуется достаточно проектов. Мы хотим делать проекты не количеством, а качеством.»
Сегодня в гостях у «Этнополиса» заместитель руководителя «Центра корейской культуры» - Ольга Бонгоновна (Мун Сам Сун). Вместе мы изучили историю появления корейцев в России, узнали их традиции и культуру и еще многое-многое другое.
Здравствуйте! Ольга Бонгоновна сегодня мы с вами поговорим о традициях и культуре корейцев, изменение этих традиций в современности. Прикоснемся к истории «Центра корейской культуры» и проблеме разделенности двух Корей, после, завершим разговор более простыми вопросами.
— Здравствуйте, хорошо!
Вы преподаете историю корейцев в России, а также обучаете своему языку желающих. Расскажите пожалуйста о появлении корейцев в России.
— История появления корейцев России началась с 1860 года — это первая волна. Корея в то время была экономически слабой страной и обычным корейцам приходилось терпеть нищенское существование, во многом из-за контроля Японии. Это стало толчком к поиску новой, более хорошей жизни, и, корейцы стали семьями переходить границу Российской империи в Приморском крае через реку Амур и по суше (17 километров). Так как корейцы очень трудолюбивый народ, а Дальний Восток был территорией с большим потенциалом, который требовалось осваивать, Российская империя закрывала на это глаза и предоставляла свободу новым поселенцам.

Вторая волна началась после Русско-японской войны, когда по Портсмутскому мирному договору в 1905 году Японии отошел Юг Сахалина и Курилы. Это богатый край, в котором строились шахты и целлюлозно-бумажные заводы (сейчас из 9 построенных в период с 1905-1945 год не работает ни один), также валили наземным транспортом доставляли его в порт и оттуда сплавляли его в Японию на кораблях. Такая активная деятельность была возможна благодаря тому, что Япония начала перевозить на остров дешевую рабочую силу из Кореи. Как мы помним, Корея была аннексирована Японией и находилась под ее влиянием до конца Второй мировой. Преимущественно сначала на Сахалин ехали работоспособные мужчины, которым разрешалось впоследствии забрать на остров свою семью.

2 сентября 1945 года Япония капитулировала во Второй Мировой Войне. Начался вывоз японских граждан с острова в Японию. Корея же смогла вывезти лишь 300 человек, на большее не хватило ресурсов, сказалась экономическая отсталость. Проблема возвращения на родину и тоска по ней закралась в души корейцам на Сахалине. Они восходили на сопку в порте Корсаков и всматривались вдаль, надеясь, что за ними приплывут корабли из Кореи, но ни в ноябре, ни в декабре корабли не приехали и многие умерли на этой горе от холода и тоски по родине. В основном ожидали переезда те, у кого не было семей. Проблема отдаленности от родины и невозможности уехать отразились в памятнике на Горе печали, который построили в 2007 году (памятник является символом того самого корабля, который так и не дождались сахалинские корейцы на горе Грусти в Корсаковском порту в 1945 г. прим. Ред.)

После установления дипломатических отношений России с Республикой Корея 30 сентября 1990 года (в этом году был юбилей, но пандемия помешала отметить широко), мои родители и многие, корейцы на Сахалине смогли вернутся на свою историческую родину.

Расскажите пожалуйста, о вашем становлении в жизни.
– Я родилась в корейской семье с чистейшими традициями корейцев, в городе Шахтерске Сахалинской области в СССР.

В 1943 году мои родители переехали на Сахалин из Кореи и несли трудовую повинность. Первым приехал отец в город Шахтерск, следом мать с моими старшими братом и сестрой. Позднее у них родилось еще 6 детей, в том числе и я.

Когда власть над островом перешла СССР, и японцы и некоторые корейцы уже переехали на историческую родину, мои родители также мечтали вернуться домой, однако они понимали, что нужно оставаться здесь работать, даже без знания русского языка и законов, чтобы в будущем дать образование своим детям. Дети для корейских родителей являлись приоритетом.

Стоит отметить то, что в СССР после 1945 года для детей корейцев учреждали корейские средние школы, преподавание в которых велось на корейском языке, это правильная политика, у нас она вызывает уважение. Я сама училась в корейской школе до 5 класса, как и мои братья и сестры. Однако в 1961 году такие школы упразднили, так как все меньше и меньше детей обучалось там.

На Сахалине был лишь один ВУЗ – педагогический, но мы хотели изучать другие специальности, и выход был один – ехать на материк в крупные города Сибири и Дальнего Востока – Хабаровск, Красноярск, Новосибирск, Иркутск.

После школы я поступила в Новосибирский институт советской кооперативной торговли в 1971 году, и по окончании в 1975 году по государственному распределению приехала товароведом высшей квалификации на Иркутскую базу облпотребсоюза.(Распределение охватывало в СССР всех выпускников высших и средних специальных учебных заведений, гарантировало им рабочие места по окончании образования, которое было общедоступным и бесплатным прим. Ред.). Товароведом я проработала три года и получала, в дополнении к теоретическим, практические знания по специальности. Но мне всегда хотелось преподавать и как раз появилась вакансия в Иркутском техникуме экономики и права преподавателем технологии торговых процессов. Стоит отметить, что там я оптимально сочетала знания теоретические со знаниями практическими – это очень важно для хорошего преподавателя.

Совсем скоро я стала ощущать нехватку знаний в области педагогики, поэтому заочно прошла обучение на педагогическом факультете в Московском кооперативном университете и продолжила работать преподавателем. Я получала большое удовольствие от передачи знаний своим студентам. Мне нравилось работать с молодежью, ты ощущаешь свою педагогическую значимость. Когда наступили сложные 90-е годы я пошла на другую работу, связанную с внешнеэкономической деятельностью – переводчиком с корейского языка.

Впоследствии мне предложили руководство Корейской школой, которая открылась в 2010 году. Там я занимаю пост директора и преподаю корейский язык, одновременно совмещаю общественную работу в «Центре корейской культуры», пропагандирую корейскую культуру и историю Кореи в России. Наш Центр, можно сказать, влился в мультикультурализм Иркутска.

К 30-летию установления дипломатических отношений России с Республикой Корея, каждый из руководителей областей (Новосибирская, Иркутская, республика Якутия и др.), на которые распространяется влияние консульства поздравлял нас с этой датой. Губернатор Иркутской области Игорь Иванович Кобзев также отметил успешную работу «Центра корейской культуры».

Если говорить про взаимодействие между родителями и детьми, то в одном из репортажей я увидел, что только «вы» должная форма обращения к родителям. Скажите, не кажется ли вам, что тогда между родителями и детьми возникает преграда, ребенок не может быть полностью открыт родителям? Или все-таки такого положения не возникает?
— Нет, конечно, в форме обращения на «вы» отражается почтительность к родителям (효도 по-корейски - «Хёдо»), это уважение к родителям. Некоторым нашим русским друзьям эта форма кажется непривычной и намекает на отдаление, однако это не так. Это воспитание в корейском духе в традиционной семье. Это нисколько не отдаляет ребенка, а свидетельствует о высоком почитании к родителям. Также обращение на «вы» существует к братьям и сестрам, которые старше тебя хотя бы на два года. Мой сын также продолжает эту традицию – моя невестка обращается ко мне на «вы», мои внуки и внучки тоже. Это сыновья почтительность!
В прошлом интервью мы беседовали с Баирой Цыдыповной, руководителем «Улаалзая», она рассказала мне про значение некоторых бурятских имён. Что означает ваше имя?
— Да у корейцев, как и любого другого народа свои традиции в наречении ребенка. Мое имя полностью звучит как Мун Сам Сун. Мун – это моя фамилия, фамилия моего отца. Сам – это «три». Сун – переводится как «скромность». Стало быть, я - «третья скромная дочь». У всех моих сестер имена заканчиваются на Сун - и все знали, что мы – сестры. Имена обязательно присваивали со значением.
Традиции у каждого народа свои, но в современном мире по крайней мере на западе идёт изменение положения женщины в обществе, перекройка гендерных ролей. Затронула ли корейцев данное изменение? Можно ли традиции нации сохранить в постиндустриальном обществе?
— Безусловно сохранение традиций в современном обществе возможно. (Семья Ольги Бонгоновны пример этому, см. выше прим. Ред.) Корейские традиции взаимоотношений между мужчиной и женщиной, родителями и детьми также сохраняются. Мы стараемся не нивелировать традиции и обычаи, хотя в основном соблюдаем их в повседневной жизни. Роль женщины в современном мире изменилась, женщина играет очень большую роль, и исторически ее роль в обществе возрастает.
Проявляет ли современная молодежь интерес к изучению своих корней или все-таки стремиться отойти от этого?
— Современная молодежь начала проявлять очень большой интерес к изучению корейского языка, культуры исторической родины. Меня это очень радует.
Центр корейской культуры пытались создать еще в 1993 году. Почему эта попытка не увенчалась успехом?
— Вы оказывается хорошо знаете историю появления Центра корейской культуры! Так вот, после установления дипломатических отношений в 1990 году диаспора почувствовала внимание к нам со стороны Кореи. И в ответ на это решила пропагандировать культуру и язык корейцев в Иркутске. Изначальное название организации звучало как «Ассоциация российских корейцев». Руководство этой организации было слабым, члены правления не смогли мобилизовать корейцев на активную общественную деятельность. Ассоциация автоматически ликвидировалась, но потребность в сохранении традиций и языка осталась и в 2006 году, мы решили снова открыть «Центр корейской культуры» регионального уровня. Я была одним из его учредителей.
Корейский центр имеет довольно широкий круг деятельности: обучение языку, проведение мероприятий, посвящённых знакомству с корейской культурой, а также обучение национальным танцам. Скажите пожалуйста, есть ли ещё моменты или проекты, которые бы центр хотел реализовать в будущем?
— Для популяризации корейской культуры у нас реализуется достаточно проектов. Мы хотим делать проекты не количеством, а качеством.
Если подойти ближе к глобальной политике. Мы помним, что в 20 веке было разделено три страны (Германия, Корея и Вьетнам) между соревнующимися блоками НАТО (Североатлантический Альянс) и ОВД (Организация Варшавского Договора). На сегодня проблема объединения страны решена в Германии и Вьетнаме. Считаете ли вы, что Корея должна быть не Северной и Южной, а одним неделимым государством?
— Несомненно я считаю, что объединение необходимо. Южная Корея серьезно занимается этим вопросом. Я была там на съезде председателей Корейских Ассоциаций и Объединений за рубежом в 2012 году. Во время этой поездки нас также возили в Министерство по объединению Юга и Севера Кореи (представляете этим занимается целое Министерство!). Также есть музей, посвященный разделению Корей. Видно, что данный вопрос очень важен для Кореи и ее народа, однако на его решение уйдёт очень большое количество времени.
Взаимодействие «Центра корейской культуры» происходит только с Южной Кореей? С чем связано отсутствие отдельных материалов по Северной Корее?
— Это очень хороший вопрос! Ведь в 1953 году, это политика разделила нас на две страны, но корейцы верят, что рано или поздно Север и Юг объединятся. Это единая нация и мы принимаем меры, чтобы объединить ее. С КНДР у нашего Центра, к сожалению, просто нет связей внутри страны, тогда как взаимодействие с Южной связь поддерживается через консульство Кореи, расположенное в Иркутске.
Согласно последним данным, включающим в себя мнение экспертов и отзывы туристов, в КНДР наблюдается либерализация режима согласны ли вы с этим утверждением?
— Процесс либерализации действительно идет. Руководство Северной Кореи понимает, что объединение необходимо, и принимает меры к этому объединению. Однако из-за различий в идеологиях, страны довольно долго будут приходить к консенсусу. Процесс идет, однако повторюсь, что по длительности он займет большой промежуток времени.
Сейчас мы поговорим на более отвлеченные темы. Вы предпочтете жизнь в большом городе, находясь в центре событий, или вам по душе спокойная и размеренная жизнь за городом?
— Я предпочитаю находиться в гуще событий и быть активным участником в жизни национально-культурных центров, так как это межкультурное общение, это нас обогащает.
Иркутск или Москва?
— Иркутск. Моя трудовая и общественная деятельность начиналась в Иркутске. Я могу реализовать свой потенциал только в Иркутске, у меня тут очень много друзей. И в мыслях нет, чтобы куда-нибудь переехать. Я люблю Иркутск, люблю свой город.
Ольга Бонгоновна, спасибо за уделенное время. Удачи вам в будущих начинаниях! До свидания!
— Спасибо, очень приятно! До свидания!
Дорогие читатели, давайте поблагодарим за интересную беседу заместителя руководителя «Центра корейской культуры» Ольгу Бонгоновну, и пожелаем ей успехов в ее любимом деле – популяризации корейской культуры и языка в России.
Интервьюер: Иван Клепиков
Made on
Tilda