Этнополис
Люди и Судьбы

Затерянная в Сибири,
Или история одной француженки

Эта история потерявших связь друг с другом родных людей затронула меня глубоко.
Прежде всего, потому, что она очень наглядно показывает, как люди могут потерять друг друга в условиях ограничений – того самого «железного занавеса», который существовал в СССР. И несмотря на то, что прошло уже более 30 лет, и все эти годы наша страна жила с открытыми границами, родственники так и не нашли следов Мелани. Но они не оставляют надежду…
Сегодня этот поиск ведет Франсин Шрайбер, которая приходится внучатой
племянницей Мелани, она – внучка родной сестры Мелани. Франсин надеется, что еще успеет порадовать свою престарелую матушку и рассказать ей о том, что ей наконец-то удалось найти хоть кого-то из внуков или правнуков Мелани.

В 1939 году родилась девочка в семье сына Мелани, сегодня ей должно быть 83 года. И у нее конечно, могли быть дети и внуки.

Предполагают, что семья Мелани проживала в Сибири - в Иркутске. Возможно, эта девочка, которая нынче уже бабушка, живет до сих пор в нашем городе, где-то рядом с нами…
Ее звали Мелани Вельтер. Девочка родилась в 1893 году в семье французов
немецкого происхождения, которые проживали в Эльзасе. Ее отец Жан Батист Вельтер работал в текстильной отрасли, которой славился этот регион. Мать Розали Нефф занималась воспитанием детей. В возрасте семи-восьми лет Мелани вместе с родителями переезжает в Россию.
И так вышло, что она осталась здесь навсегда.

Ее отец Жан Батист Вельтер с начала 1900-х годов по 1915 год работал в
Товариществе Шуйской мануфактуры и занимался производством тканей.
Возможно, он подписал контракт с кем-то из владельцев фабрик, а может быть, его поездка была организована в рамках каких-то межгосударственных соглашений. К сожалению, это неизвестно. Кстати сказать, он и сам мог принять такое решение под влиянием чьих-то рассказов или даже по объявлению, которое вполне мог увидеть в газетах. Наверняка, существовали рекрутинговые фирмы или посредники, кто занимался подбором специалистов для российских фабрик. Как известно, на многих российских заводах того времени работали иностранцы.
Немцы, итальянцы, англичане, французы. Кроме того, традиционным для богатых семей того времени было приглашение учителей и гувернеров из-за границы для обучения детей. И Франция, пожалуй, здесь имела лидирующие позиции, поскольку знание французского языка являлось обязательным для представителей дворянского сословья.

Похоже, что отец Мелани как раз и был таким специалистом, спрос на услуги которого в России был выше, чем в родной Франции. Вот так в самом начале 20-го века семья Вельтер переехала в Россию и обосновалась в старинном городе Шуя. В то время в Шуе работало много ткацких фабрик и текстильных мануфактур. Город считался одним из крупных торговых центров дореволюционной России.

В 1897 году в городе было 29 фабрик и заводов; сумма производительности их равнялась 12 494 160 руб. в год; рабочих на них было 10 691 человек. А это почти половина всего городского населения, ведь в те годы в Шуе проживало чуть более 22 тысяч человек.

Предположительно, семья Вельтер приехала в Шую в 1900 или в 1901 году,
поскольку в 1902 году здесь, уже в России, у них родился еще один сын Алоиз, а в 1905 году дочь Лидия. В момент переезда в семье росли трое детей: две девочки Мелани и Катрин и маленький мальчик, названный в честь отца Жан Батистом.

На этом фото, где вся семья Вельтер в полном составе, Мелани (слева) обнимает своего брата Жана. Ей здесь примерно 12-13 лет.
Старших детей супруги Вельтер отправили в Москву, где они учились во Французском лицее. Этот лицей был построен в Москве в 1897-99 годах на деньги виноторговца Депре и купца Виллуа. По проекту архитектора Оскара Дидио, который тоже, кстати, был француз, было построено два здания – школа для девочек им. Святой Екатерины и для мальчиков - Святого Филиппа Нерийского. Это был небольшой островок Франции в Москве, где проживала достаточно большая диаспора французов.
В то время, когда Мелани поступила учиться в школу для девочек Французского лицея, это было католическое учебное заведение. Здесь соблюдались традиции католицизма и обучение велось на французском языке.

В 1915 году отец принял решение вернуться на родину во Францию, но к тому моменту старшей дочери Мелани было уже 22 года. Мелани стала взрослой девушкой и уже сама принимала решения о своей жизни и своем будущем. Она выбрала Россию.

Или Россия выбрала эту девушку, - можно и так сказать. Потому что в это время в жизни Мелани произошло самое главное – она встретила любовь.
Действительно, уже после отъезда родителей Мелани вышла замуж за русского парня Сергея. Бракосочетание молодой пары состоялось в Санкт-Петербурге. Родным во Францию Мелани отправила свадебное фото, которое было сделано именно в городе на Неве. Счастливое это событие в жизни молодых людей случилось как раз накануне эпохальных перемен в стране.

Уже осенью 1917 года родные во Франции получили от Мелани фотографию из Иркутска, на котором молодая женщина держит на руках маленького мальчика. Так в семье Вельтер узнали, что у Мелани родился сын Игорь.
К сожалению, никто не знает фамилии Сергея, мужа Мелани, в связи с чем, поиск осложняется и пока, увы, не приносит результата. Однако, родственники во Франции уверены, что Сергей был военный, и что
молодая семья переехала в Сибирь, в Иркутск, неслучайно. Предполагают, что Сергея могли перевести на восток по службе.

В России также остался брат Мелани - старший сын из семьи Вельтер – Жан Батист. Тот самый мальчик, которого Мелани обнимает на фотографии. Как раз во время отъезда родителей на родину, Жан служил в русской армии с 1915 по 1918 год. Он тоже навсегда останется в России.

Непонятно почему до революции старшие дети ни разу не смогли поехать к
родителям во Францию. Возможно, хотели жить именно в России и стать
самостоятельными. Но скорее всего, они даже не предполагали, что наступит время, когда они просто -напросто не смогут выехать за пределы России. Сначала революция, затем сталинские репрессии, потом Вторая мировая война – все эти события разделят семью Вельтер навсегда. На тех, кто во Франции, и тех, кто в России. О том, чтобы вернуться на родину во Францию, Мелани, видимо, даже не помышляла либо это стало просто невозможно. Скорее всего, она была счастлива в браке, растила сына и стала совсем «русской». Тема Сибири и Иркутска возникла неслучайно. Как предполагают родственники, Мелани и Сергей уехали в Сибирь практически сразу же, как поженились. В октябре 1917 года родственники получили фото, на обороте которого рукой Мелани была сделана надпись: «Иркутск, 23 октября 1917 года, бабушке и дедушке от Игоря». На фото Мелани со своим малышом, ему тогда могло быть около года.
- Мы думаем, что Мелани последовала за мужем в Сибирь, потому что он, по-видимому, был большим военным, - пишет Франсин, - Сергей на всех фотографиях в военной форме.

Уже после революции родные регулярно получали от Мелани фотографии. В 1920 году пришла фотография, на которой Мелани с сыном. Оба очень грустные, совсем не улыбаются, похудевшие и очень бедно одетые. Тревога за дочь и ее семью стала усиливаться, родители забеспокоились. Однако, года через два фотографию, на которой Мелани вместе со своими любимыми мужчинами – мужем Сергеем и сыном Игорем. 1922 год. Семья выглядит вполне благополучно.
Контакты с родными поддерживались только в переписке. Родственники во Франции до сих пор хранят последнее письмо, которое пришло из России…Это было в далеком 1945 году.
Как пишет Франсин, последнее письмо из России пришло в 1945 году, уже после Второй мировой войны. Все письма, которые приходили родным Мелани Вельтер из России с 1917 по 1945 год, передавались через Красный крест. Видимо, в те годы Красный Крест отвечал за международные связи и в том числе за переписку между жителями СССР с иностранцами.
К сожалению, не сохранился конверт и неизвестна точная дата письма. Да возможно, конвертов и не было в те годы. Однако, именно из этого письма родители, брат и сестры Мелани узнали, что у нее есть внучка – в 1939 году у сына Игоря родилась дочь…

Мы присоединяемся к поискам потомков Мелани и обращаемся к нашим
читателям с просьбой помочь. Ведь так бывает, и вдруг кто-то из Вас,
уважаемые читатели, знает женщину, мать которой была француженкой и ее
звали редким именем Мелани. А может быть, что-то слышали. Если это так,
обязательно напишите нам!

Ирина Мордуева
Фото из личного архива Франсин Шрайбер, переданы в редакцию АСКИ «ФРАНСИБ»
Made on
Tilda